В середине 1950-х годов в СССР родилась амбициозная идея: создать мобильную атомную электростанцию для снабжения энергией отдалённых районов Крайнего Севера и Сибири. В 1955 году Ефим Славский, будущий глава Минсредмаша, предложил разработку такой ПАЭС (передвижной АЭС) ленинградскому Кировскому заводу. Вскоре появились проекты атомного энергопоезда, но учёные из обнинского Физико-энергетического института пошли дальше — поставили станцию на гусеницы, сделав её практически вездеходной.
ТЭС-3: четыре гиганта на десяти катках
В 1960 году энергооборудование смонтировали на удлинённом шасси тяжёлого танка Т-10. Разместить всё на одной машине оказалось невозможно, и ТЭС-3 превратилась в комплекс из четырёх энергосамоходов: реакторный блок, парогенераторы с насосами, турбогенератор и пункт управления. Для работы станции самоходы требовалось соединить трубопроводами и кабелями. Биозащита была двух видов: транспортируемая (свинцовый «стакан» и водяной бак вокруг активной зоны) и стационарная (земляные или бетонные боксы, возводимые на месте).
В августе 1960 года ТЭС-3 доставили в Обнинск на испытания. 7 июня 1961 года реактор достиг критичности, а 13 октября состоялся энергетический пуск. Однако к 1965 году, после отработки первой кампании, станцию перевели в стояночный режим. Попытки найти ей применение (например, для закачки горячей воды в нефтяные скважины в Чечне) не увенчались успехом, и в 1969 году ТЭС-3 окончательно законсервировали.
«Памир-630Д»: ядерный реактор на азотной кислоте
Вдохновителем другого проекта мобильной АЭС стал бывший директор ФЭИ А.К. Красин, участник создания первой в мире АЭС и ТЭС-3. Станция «Памир-630Д» предназначалась для военных — питания радиолокаторов и ракетных установок в экстремальных условиях (от -50 до +35°С). Главное требование: минимум воды, недоступной в тундре.
Главный конструктор В.Б. Нестеренко предложил смелое решение: использовать в качестве теплоносителя и рабочего тела жидкую тетраокись азота (N₂O₄) в одноконтурном реакторе. Её переход в газообразное состояние сопровождался химической реакцией диссоциации, что давало резкий рост давления. Однако тетраокись оказалась крайне агрессивной: при контакте с водой она превращалась в азотную кислоту, разъедающую оборудование. Один из сотрудников КБ погиб, вдохнув вырвавшееся из трубопровода оранжевое облако.
Для повышения безопасности внедрили бортовые ЭВМ, систему аварийного охлаждения и замедлитель из гидрида циркония, который при перегреве разлагается и останавливает реакцию. Станцию смонтировали на пяти машинах: реакторный и турбогенераторный блоки везли тягачи МАЗ, остальное — КРАЗы.
Электрический пуск «Памира-630Д» состоялся 24 ноября 1985 года. Но после Чернобыльской аварии разразился скандал и в феврале 1988 года проект закрыли под предлогом «недостаточной научной обоснованности выбора теплоносителя».
ТЭС-3: четыре гиганта на десяти катках
В 1960 году энергооборудование смонтировали на удлинённом шасси тяжёлого танка Т-10. Разместить всё на одной машине оказалось невозможно, и ТЭС-3 превратилась в комплекс из четырёх энергосамоходов: реакторный блок, парогенераторы с насосами, турбогенератор и пункт управления. Для работы станции самоходы требовалось соединить трубопроводами и кабелями. Биозащита была двух видов: транспортируемая (свинцовый «стакан» и водяной бак вокруг активной зоны) и стационарная (земляные или бетонные боксы, возводимые на месте).
В августе 1960 года ТЭС-3 доставили в Обнинск на испытания. 7 июня 1961 года реактор достиг критичности, а 13 октября состоялся энергетический пуск. Однако к 1965 году, после отработки первой кампании, станцию перевели в стояночный режим. Попытки найти ей применение (например, для закачки горячей воды в нефтяные скважины в Чечне) не увенчались успехом, и в 1969 году ТЭС-3 окончательно законсервировали.
«Памир-630Д»: ядерный реактор на азотной кислоте
Вдохновителем другого проекта мобильной АЭС стал бывший директор ФЭИ А.К. Красин, участник создания первой в мире АЭС и ТЭС-3. Станция «Памир-630Д» предназначалась для военных — питания радиолокаторов и ракетных установок в экстремальных условиях (от -50 до +35°С). Главное требование: минимум воды, недоступной в тундре.
Главный конструктор В.Б. Нестеренко предложил смелое решение: использовать в качестве теплоносителя и рабочего тела жидкую тетраокись азота (N₂O₄) в одноконтурном реакторе. Её переход в газообразное состояние сопровождался химической реакцией диссоциации, что давало резкий рост давления. Однако тетраокись оказалась крайне агрессивной: при контакте с водой она превращалась в азотную кислоту, разъедающую оборудование. Один из сотрудников КБ погиб, вдохнув вырвавшееся из трубопровода оранжевое облако.
Для повышения безопасности внедрили бортовые ЭВМ, систему аварийного охлаждения и замедлитель из гидрида циркония, который при перегреве разлагается и останавливает реакцию. Станцию смонтировали на пяти машинах: реакторный и турбогенераторный блоки везли тягачи МАЗ, остальное — КРАЗы.
Электрический пуск «Памира-630Д» состоялся 24 ноября 1985 года. Но после Чернобыльской аварии разразился скандал и в феврале 1988 года проект закрыли под предлогом «недостаточной научной обоснованности выбора теплоносителя».